?

Log in

No account? Create an account

Дневник ur'а

Segui il tuo corso, e lascia dir le genti!

Previous Entry Поделиться Next Entry
Обзор международных вспомогательных языков, ч. 3
манул
yury_finkel

Идо

Идо (Ido, ‘потомок’, по псевдониму одного из авторов) — международный язык, проект которого был принят в 1907 г. Делегацией по принятию международного языка, фактически — реформа эсперанто. Автором языка считается (по его собственному заявлению) известный французский эсперантист Луи де Бофрон (de Beaufront) (1855–1935), однако позднее стало известно, что проект под псевдонимом Ido был написан по согласию с, и, видимо, при участии французского математика, логика и интерлингвиста Луи Кутюра (Couturat) (1868–1914). В разработке языка принимал участие также известный датский лингвист Отто Есперсен (Jespersen) (1860–1943) и другие. Язык, так же, как и эсперанто, относится к автономной группе, гиперсхематической подгруппе языков.

Краткая характеристика

  • алфавит: совпадает с латинским, c — ц, ch — ч, j — ж, k — к, qu — кв, sh — ш, w, x — кс, y — й

  • ударение обычно на предпоследнем слоге, кроме случая, когда перед последней гласной стоит i или u — тогда на втором слоге от конца, но только в пределах одного корня; окончания инфинитива -ir, -ar, -or всегда ударные

  • существительные в ед. числе оканчиваются на -о, во множ. числе -i

  • определённый артикль la; в редких случаях, когда необходимо указать множественное число артиклем, le

  • неопределённого артикля нет

  • винительный падеж -n используется факультативно, в случае необходимости (при обратном порядке слов), чаще всего с местоимениями

  • грамматического рода нет, суффикс для женского пола -in-, для мужского -ul-

  • прилагательное неизменяемое, оканчивается на -a

  • производные наречия оканчиваются на -e

  • порядок слов свободный, но предпочтителен SVO; прилагательное может стоять как перед, так и после существительного, но предпочитается второй вариант

  • сравнительная степень: plu, превосходная: maxim

  • числительные 1 un, 2 du, 3 tri, 4 quar, 5 kin, 6 sis, 7 sep, 8 ok, 9 non, 10 dek; 11 dek-e-un… 20 du-a-dek…; порядковые образуются добавлением -esma

  • местоимения: я me, ты/вы tu/vu, он il(u), она el(u), оно ol(u), lu; мы ni, вы (мн.) vi, они ili, eli, oli, li; безличное on(u), возвратное su; притяжательные образуются добавлением -a

  • глаголы: инфинитив прош. -ir, наст. -ar, буд. -or; изъявительное наклонение прош. -is, наст. -as, буд. -os; сослагательное -us; повелительное -ez

  • причастия как в эсперанто: акт. прош. -inta, наст. -anta, буд. -onta; пасс. прош. -ita, наст. -ata, буд. -ota

  • отрицательная частица ne

  • вопросительная частица ka(d)

Пример текста

(из «Всеобщей декларации прав человека»): Omna homi naskas libera ed egala relate digneso e yuri. Li es dotita per raciono e koncienco e devas agar vers l'una l'altra en spirito di frateso. (‘Все люди рождаются свободными и равными в [своём] достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства.’)

История

История возникновения идо довольно запутана, и в ней немало белых пятен. Начать следует с предыстории — с того, что в 1901 г. в Париже была основана организация «Делегация по принятию международного вспомогательного языка» (фр. Délégation pour l’adoption d’une langue auxiliaire internationale). Её основателями были французы Луи Кутюра и Леопольд Ло, она включала представителей из разных стран и ставила своей целью просить «Международную Ассоциацию Академий», основанную за год до того, выбрать международный вспомогательный язык либо создать комиссию для такого выбора. Делегация собирала для этого подписи среди известных учёных и обществ. В 1906 г. Делегация представила в Международную Ассоциацию Академий просьбу сделать выбор. В 1907 г. та ответила отказом, решив не обсуждать этот вопрос, после чего Кутюра организовал выборы Комиссии Делегации из 12 членов по принятию международного языка. Комиссия заседала осенью 1907 г., исследуя предложенные проекты международных вспомогательных языков (среди которых были эсперанто, идиом-неутраль, латино-сине-флексионе и некоторые другие). По просьбе создателя эсперанто Л. Заменгофа, эсперанто перед Комиссией представлял видный французский эсперантист Луи де Бофрон, считавшийся за свои заслуги в распространении языка «вторым отцом эсперанто». 29 октября 1907 г. на последнем заседании Комиссия единогласно в принципе приняла эсперанто, но при условии внесения некоторых изменений согласно замечаниям, изложенным в докладе Кутюра и Ло и в духе проекта, подписанного «Ido», который был представлен на рассмотрение Комиссии в последний момент. С предложением об изменениях Комиссия обратилась к Языковому Комитету эсперанто. В начале 1908 г. Языковой Комитет ответил, что предложенные реформы поддержало лишь его малое меньшинство. Заменгоф также не согласился с ними, подчеркнув, что задачей Делегации было лишь выбрать один из проектов, а не реформировать их. До мая 1908 г. де Бофрон энергично выступал против реформ, однако затем внезапно заявил, что автором языка идо является он сам. Позднее, после гибели в автокатастрофе Л. Кутюра в 1914 г., по его архиву выяснилось, что по крайней мере одним из авторов проекта, подписанного «Ido», был Кутюра (что было против устава Делегации, так как она не имела права рассматривать проекты своих членов). Роль де Бофрона в создании идо остаётся неясной, по-видимому, он объявил себя единоличным автором, чтобы прикрыть роль Кутюра, хотя, вероятно, и был его соавтором.

Была развёрнута массированная агитация за идо и против эсперанто, представлявшая идо дальнейшим развитием эсперанто, а сторонников эсперанто — сопротивлявшимися прогрессу. Эта агитация была полна передёргиваний и носила довольно скандальный характер.

В результате всех этих интриг почти 20% ведущих эсперантистов перешли к идо, однако на нижнем уровне этот процент был гораздо ниже (3–4%), а в целом к идо перешло до 10% эсперантистов, что всё равно означало немалый ущерб эсперанто-движению.

В первые годы развитие идо проходило под знаком постоянных изменений, к 1913 году идо сильно ушёл от своей исходной формы, что отпугивало сторонников: учебники, словари и тексты быстро устаревали. Создатели идо допустили принципиальную ошибку: надо было сначала усовершенствовать язык, и лишь затем распространять его в стабильной форме. Наконец, в 1913 г. был объявлен 10-летний «период стабильности», в 1923 г. он был продлён ещё на 4 года. В 1920-х годах идо продолжал составлять определённую конкуренцию эсперанто. Однако после окончания «периода стабильности» с 1927 г. призывы к реформированию идо возобновились. Это окончательно дезорганизовало идо, часть его сторонников оставила его, в том числе один из создателей идо Отто Есперсен, создавший свой собственный лингвопроект новиаль, к которому перешла часть идистов, другая часть перешла к окциденталю. В 1934 г. остатки идо-движения объявили второй «период стабильности» на 10 лет, который фактически длится до сих пор.

К середине XX века движение идо уменьшилось до мизерных объёмов, однако сохранилось и поныне, в начале XXI века даже несколько увеличившись (отчасти благодаря интернету). По состоянию на 2000 год численность идистов оценивалась в 100–200 человек (сейчас, по-видимому, несколько больше). Существует версия Википедии на идо, хотя большинство из её статей короткие. За период существования идо было создано определённое количество оригинальной литературы, в том числе поэзии.

Если в начале своего существования идо нанёс значительный ущерб эсперанто-движению, то затем он фактически принёс ему заметную пользу, во-первых, тем, что продвинул вперёд теорию эсперанто благодаря ответам на критику идистов против эсперанто (именно так — как ответ на критику — был сформулирован принцип необходимости и достаточности и грамматического характера корней, регулирующий словообразование эсперанто), во-вторых, в эсперанто вошли многие удачные идистские корни, суффиксы и приставки (некоторые из них были даже официально приняты Академией эсперанто), таким образом, обогатив эсперанто.

Особенности

Алфавит и правописание идо отошли от принципа фонетичности, введя диграфы ch [ч], sh [ш], а также букву x [кс] и даже сочетание qu [кв] ради сходства с «естественными» западными языками и чтобы уложиться в стандартный латинский алфавит без диакритических знаков. Надо заметить, что использование qu и x наряду с сохраняющимся использованием буквы k там, где этимологически была буква c, даёт весьма странное впечатление от графического облика слов.

Кроме того, два звука и две соответствующие буквы эсперанто ĝ [дж] и ĵ [ж], этимологически восходящие к g и j, в идо были объединены в одну — j [ж], что дало искажение графического облика таких слов, в которых этимологически было g, например: jenar (эсп. ĝeni, фр. gêner), jenro (эсп. ĝenro, фр. genre), jirafo (эсп. ĝirafo, фр. girafe) и т. п.

Ударение в идо регулируется более сложным правилом, чем в эсперанто. В целом оно падает на предпоследний слог, как и в эсперанто, однако в случае, если в конце слова идёт i + гласный или u + гласный, оно переносится на второй от конца: akadémio (в отличие от эсп. akademío), ínfluas ‘влияет’ (вместо эсп. inflúas), línguo (вместо эсп. língvo с согласной). Однако такой перенос не касается односложных корней в многокоренных словах, в них место ударения сохраняется: cadíe ‘сегодня’ (поскольку ca-di-e) или enflúas ‘втекает’ (потому что en-flu-as, так же, как в эсперанто). Но при этом lúndio ‘понедельник’, поскольку это слово считается непроизводным и «di» здесь — часть корня (хотя этимологически она также означает ‘день’). К тому же окончание инфинитива (-ir, -ar, -or) всегда идёт под ударением. Таким образом, начинающему немудрено запутаться.

Прилагательное в идо не изменяется по числам и падежам. Существительное во множественном числе имеет окончание -i (явно под влиянием идиом-неутраля и проекта реформы эсперанто 1894 г.), что несколько нарушает агглютинативность, т. к. -o заменяется на -i, в то время как в эсперанто к -o добавляется -j. Винительный падеж (-n) используется только при необходимости указать прямое дополнение глагола, если оно идёт не после глагола, если же сохраняется традиционный порядок слов (SVO), то использовать винительный падеж необязательно. Кроме того, при указании направления вместо винительного падежа используется дополнительный предлог a(d) вместе с обычным предлогом, например en ‘в’ (где?), aden ‘в’ (куда?).

Лексика идо была значительно переработана по сравнению с эсперанто в сторону большей международности, при этом применялся тот же способ отбора международной лексики, что и в идиом-неутрале. Однако во многих случаях изменению подверглась лишь форма заимствованного корня, при этом корень оставался тот же, что и в эсперанто (например, эсп. nacio ‘нация’, идо naciono, ср. фр. nation, англ. nation и т. д.). В целом эсперанто и идо сохранили взаимопонимаемость, примерно как русский и украинский языки. Значительно различается не более 30% корней.

Вместо табличных местоимений эсперанто в идо используются отдельные слова романского происхождения: qua ‘кто’, ‘который’, ta ‘тот’, nulu ‘никто’, omnu ‘каждый’, omni ‘все’, quala ‘какой’, nula ‘никакой’, tala ‘такой’, ube ‘где’, ibe ‘там’, kande ‘когда’, lore ‘тогда’, sempre ‘всегда’ и т. д.

Одна из уникальных черт идо состоит в том, что инфинитив в идо имеет три времени: -ir, -ar, -or. Это может использоваться в выражениях типа me vidas il lektir ‘я вижу, что он читал’, me vidas il lektar ‘я вижу, что он читает’, me vidas il lektor ‘я вижу, что он будет читать’. Такое использование инфинитива, даже без указания времени, невозможно в русском, однако возможно некоторых западных языках, в особенности французском. В эсперанто тоже можно аналогично использовать инфинитив, но показателя времени он не имеет, а если необходимо указать время, то используется причастие: mi vidas lin leginta/leganta/legonta ‘я вижу его читавшим/читающим/собирающимся читать’ (можно даже имитировать идо, образовав от причастия глагол и таким образом придав инфинитиву время: mi vidas lin leginti/leganti/legonti, но такие формы употребляются редко), либо просто сложноподчинённое предложение, как в русском: mi vidas, ke li legis/legas/legos ‘я вижу, что он читал/читает/будет читать’. Представляется, что последний вариант наиболее очевиден и прост, и необходимости вводить три времени инфинитива не было — это излишнее усложнение.

В идо некоторые наиболее употребительные глаголы могут быть как переходными, так и непереходными (например, movar означает ‘двигать’ и ‘двигаться’, в отличие от эсперанто, где movi означает только ‘двигать’, а для ‘двигаться’, так же, как и в русском, используется возвратный суффикс: moviĝi). С одной стороны, это облегчает использование языка для тех, в чьём родном языке также наблюдается объединение переходного и непереходного значения некоторых глаголов (например, в английском to move), при том, что точный смысл легко устанавливается по контексту (по наличию или отсутствию прямого дополнения). С другой же стороны, набор таких «двойственных» глаголов различается в разных языках (например, во французском он не такой, как в английском), а в идо такое объединение смыслов даётся лишь для некоторых, а не для всех глаголов, что требует запоминания этой особенности по словарю. В результате эффект от такого улучшения вряд ли значителен.

Прямое преобразование прилагательного в существительное путём добавления окончания -o (без суффикса) в идо даёт слово, означающее «который является таким», например, bela ‘красивый’ — belo ‘красавец, красавица, некто или нечто красивое’, в отличие от эсперанто, где belo означает ‘красота’ (поскольку корень bel- имеет характер прилагательного и сам по себе означает качество), а belulo — ‘красавец’. Таким образом идо избавился от эсперантского суффикса -ul- со значением «человек с таким качеством». Такой способ в духе романских языков (ср. фр. belle ‘красивая’ и в то же время ‘красавица’), однако для носителей германских, славянских и других языков логика такого словообразования кажется неестественной, а способ эсперанто им ближе.

Избавившись от эсперантского суффикса -ul- в значении «человек», идо использует его в значении указателя мужского пола, симметрично с -in- для женского, при этом большинство существительных без этих суффиксов становятся нейтральными: frato ‘брат или сестра’, fratino ‘сестра’, fratulo ‘брат’ (в отличие от эсперанто, где просто frato означает ‘брат’). Такая система симметрична и элегантна. Впрочем, в идо некоторые слова имеют пол по определению, например, patro ‘отец’, matro ‘мать’.

Вместо эсперантской приставки mal-, обозначающую антоним, идо вводит аналогичную des-, как более интернациональную, однако помимо этого идо стремится вводить отдельные корни для антонимов, вообще избегая эту приставку: varma ‘тёплый’ — kolda (или редко desvarma) ‘холодный’. В целом для идо характерно более охотное введение новых корней вместо образования новых понятий из уже имеющихся корней и аффиксов, к чему более склонен эсперанто. Кроме того, в идо запрещается использовать аффиксы (суффиксы и приставки) в качестве самостоятельных слов (что широко используется в эсперанто), так как это «неинтернационально». Это снижает агглютинативность и свободу использования морфем в языке (видимо, такое решение было принято сознательно с целью сделать идо более «естественным», т. е. более близким к западноевропейским языкам).

Главное различие между эсперанто и идо состоит в принципе словообразования. В идо принят так называемый «принцип обратимости», выдвинутый Л. Кутюра: «Всякое словопроизводство должно быть обратимо, т. е. если мы, следуя определённому правилу, переходим от одного слова к другому того же корня, то должна быть предоставлена также возможность перейти от второго к первому согласно совершенно обратному правилу». Так, если dorm-o ‘сон’ производится от dorm-ar ‘спать’ путём замены глагольного окончания -ar на окончание существительного -о, то от kron-o ‘корона’ становится невозможным образовать kron-ar ‘короновать’, поскольку при обратной замене -ar на -о получилось бы значение не ‘корона’, а ‘коронация’ и слово kron-o оказалось бы двузначным. Поэтому «короновать» в идо требует явного суффикса -iz- ‘обеспечивать чем-то’: kron-iz-ar, откуда получается обратимое производное kron-iz-o ‘коронация’.

Такой принцип неявно подразумевает, что все корни в языке унифицированы. Р. де Соссюр позднее показал, что в эсперанто на самом деле это не так, и в данном примере для эсперанто корень dorm- имеет глагольный характер (поскольку сам по себе обозначает действие), и, следовательно, при прямом образовании от него существительного оно также означает имя действия, в то время как корень kron- имеет характер существительного (поскольку сам по себе обозначает предмет — корону), при прямом образовании от него глагол kroni в эсперанто означает какое-то действие с этим предметом (т. е. коронацию), а уже для образования существительного, означающего действие, необходим суффикс: kronado.

Однако в идо всё равно не удалось последовательно провести унификацию корней и принцип обратимости из-за вышеупомянутого отказа от суффикса -ul- для образования названия человека с каким-то качеством. В идо схема прямого словообразования различна для прилагательных и глаголов. Для прилагательных: granda ‘большой’ — grando ‘великан’ (в эсперанто grandulo); для глаголов: batar ‘бить’ — bato ‘удар’. Существительное, образованное без суффикса от глагола, обозначает имя действия, в то время как образованное от прилагательного, оно обозначает имя объекта, описываемого прилагательным, поэтому в идо необходимо знать, имеет ли корень X характер глагола или прилагательного, чтобы, встретив существительное X-o, понять, можно ли от него без суффиксов образовать глагол X-ar или прилагательное X-a. То есть в идо фактически вместо эсперантских трёх грамматических классов корней имеется два: глагольный и неглагольный (для прилагательных и существительных).

На практике принцип обратимости сводится к запрету на прямое (без суффиксов) образование глаголов от существительных и прилагательных, прилагательных от глаголов и прилагательных от существительных (за исключением случая, когда прилагательное означает «такой, который является чем-то»). В целом это требует больше суффиксов, чем в эсперантском словообразовании, и не позволяет образовывать слова с широким значением, которое уточняется по контексту, вроде эсп. kroni, означающего некое действие с короной, а то, что это именно коронация, понятно по контексту, в то время как в идо необходим уточняющий суффикс -iz-, показывающий, что речь идёт именно о наделении короной, хотя чаще всего это и так ясно (то же самое можно сказать об образовании глагола от слова adreso ‘адрес’: в эсперанто это просто adresi ‘адресовать’, в идо это adresizar). Это затрудняет свободную речь, заставляя говорящего заботиться о подборе надлежащих суффиксов и не позволяя просто опускать их.

В некоторых случаях суффиксы идо придают словам вид, схожий со словами западноевропейских языков, например, danjeroza ‘опасный’ (ср. англ. dangerous, фр. dangereux) (в эсперанто это просто danĝera), однако в естественных языках подобные суффиксы сами по себе указывают на то, что слово является прилагательным, поэтому грамматическое окончание -a в идо в таких случаях кажется избыточным (на самом деле, с точки зрения эсперанто, избыточным является суффикс).

В целом идо более, чем эсперанто, склонен к явному проведению тонких смысловых различий между понятиями с использованием аффиксов или различных корней, что на практике затрудняет общение.



  • 1
Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: История.
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

Языки, лингвистика, интерлингвистика, история.

  • 1