?

Log in

No account? Create an account

Дневник ur'а

Segui il tuo corso, e lascia dir le genti!

Previous Entry Поделиться Next Entry
А. Козинг. Взлёт и падение реального социализма. 2.1.2
манул
yury_finkel

2. Предварительные теоретические и методические вопросы

В каком положении сейчас находимся мы, как последовательные сторонники научного социализма, которые, несмотря на исторический опыт поражения первой в мировой истории попытки установить и сформировать социалистическое общество, продолжают быть убеждены, что преодоление капиталистической общественной системы более высокой общественной формацией остаётся на повестке дня истории? И более того: которые также исходят из того, что нынешние и будущие тенденции развития империализма не только трудящимся массам, но и всему человечеству несут столь огромные опасности и угрозы, что они подводят нас всё ближе к альтернативе «социализм или варварство».

Это убеждение мы сохраняем не потому, что мы необучаемые догматики или наивные верующие, а потому, что воззрения марксизма на фундаментальные закономерности общественного развития в целом, так же, как и на экономический движущий закон капитализма, до сих пор не только не были опровергнуты историей, но и были подтверждены. Поэтому будущие последствия дальнейшего господства империализма над миром в новую историческую эпоху после временного конца социализма — не необоснованные страхи, а ожидаемые реалистические прогнозы. В заметной своей части они уже стали горькой реальностью.

Здесь сразу же нам могут возразить, что взгляды марксизма устарели из-за гибели социализма, так что на этом теоретическом основании также нельзя делать реалистические прогнозы о будущем общественном развитии. Но это ошибка, о которой мы уже говорили выше. Поскольку гибель социализма нисколько не опровергла марксизма. Хоть это и может кому-то показаться парадоксальным, однако верно то, что даже крах реального социализма в Советском Союзе и других социалистических странах становится объясним только на основе фундаментальных положений марксизма, если мы не хотим вновь впасть в ненаучные модели объяснения субъективистского и фаталистического рода. Поскольку и этот исторический процесс не происходил вне рамок фундаментальных общественных законов развития и исторической эволюции, определённых в своей основной тенденции, то потому он может и должен исследоваться и объясняться теоретическими инструментами исторического материализма и материалистической диалектики. Нет ничего более неверного, чем вечно повторяемое утверждение, что поражение социализма означает в то же время и окончательное опровержение материалистической теории общества и истории и диалектического метода марксизма.

Историческая судьба социализма — не случайное происшествие истории, которое своими неверными действиями вызвали некоторые политики, из-за чего сейчас можно поставить их, как козлов отпущения, к позорному столбу, нет, это событие, которое глубочайшим образом связано с историческими условиями и объективным общественными закономерностями. Как это понимать?

Здесь прежде всего необходимо кое-что объяснить, поскольку в отношении возникновения и действия общественных закономерностей, к сожалению, продолжают существовать упрощённые и ошибочные мнения, которые могут привести к выводу, что историческое развитие Октябрьской революции вплоть до гибели социализма было во всех аспектах необходимым, то есть неизбежным процессом. Что на основе исторически возникших объективных условий оно вообще не могло произойти иначе. Согласно известным противникам социализма, всё произошло так, как должно было произойти, и они указывают, что они уже всегда предсказывали это. Что поэтому и все размышления о том, существовали ли возможные альтернативы такому развитию, бессмысленны, так как они ведут лишь в область безосновательных спекуляций.

Однако эта концепция и взгляд на исторический материализм и в особенности на общественные закономерности не попадает в цель, поскольку она схематически приравнивает их к законам природы, хотя между обоими видами закономерностей существует важное различие. В то время как законы природы возникают из взаимодействия длительно действующих не обладающих сознанием сил природы и природных процессов и потому существуют и действуют совершенно независимо от человеческого познания и человеческой деятельности, общественные закономерности возникают на основе и во взаимодействии с материальными условиями и процессами общества, но всегда только во взаимодействии с сознательной практической деятельностью людей, которые как исторические субъекты познают, оценивают и практически изменяют данные объективные условия. Это — следствие того, что общественная форма движения материи в человеческом обществе приобретает совершенно другое качество, чем во всех природных формах движения материи, поскольку она здесь выступает в форме общественной практики и общественного познания людей. Другими словами: общественные закономерности возникают и действуют не спонтанно и не бессознательно, как законы природы, а возникают лишь в активном взаимодействии объективного и субъективного факторов общественного движения и развития, и они так же действуют и проявляют себя лишь через сознательную активную практическую деятельность людей, которые как исторические субъекты движут общественное развитие или пытаются остановить и воспрепятствовать ему.

Но эти субъекты всегда имеют определённую природу, они являются классами, слоями, индивидуумами, организованными в политические партии и движения, действующими согласно своим материальным и идейным интересам, так что из их совместного действия и противодействия всегда вытекает множество различных и даже противоположных стремлений и действий, которые по большей части проявляются в форме классовой борьбы. Из этого следует, что общественные закономерности — в отличие от законов природы — могут проявляться лишь как доминирующие тенденции в этой многослойной деятельности и общественном развитии. Это так же происходит независимо от воли единичных деятелей, до тех пор, пока они не осознают их как закономерности и не используют их сознательно. Но они действуют в любом случае, хотя и «за спиной» людей, независимо, хотят они или не хотят этого, поскольку речь идёт о столь же объективных законах.

Гегель метко назвал эту форму воздействия объективной закономерности в истории «хитрость разума», поскольку результирующая огромного числа практических действий проявляется чаще всего не так, как думали, что хотели и к чему стремились деятели. Из этого вытекает важный факт, что деятельные субъекты исторических процессов иногда и сами неверно осознают это и находятся в плену самообмана, а может быть, ими сознательно манипулируют и вводят в заблуждение. Они часто начинают с самыми лучшими намерениями и заканчивают провалом, потому что они не смогли правильно познать и оценить объективные условия и данные ими возможности (что в свою очередь может иметь причины, например, в господствующих идеологических условиях), и потому пошли на действия, не соответствующие ни условиям, ни их истинным интересам.

Да, объективные закономерности определяют основное направление общественного развития, и в этом отношении развитие детерминировано, а не случайно, но они никак не определяют конкретные шаги, события и процессы, потому что на них влияют и их изменяют многочисленные другие факторы общественной жизни, например, особые национальные условия, международные влияния, давление различных интересов действующих классов, соотношение сил классов или различных фракций классов, преобладающие идеологические тенденции в общественном сознании, а также более случайные происшествия и «сочетания звёзд» национального и международного развития. Ведь и способности, знания и характерные черты влиятельных личностей среди ведущих групп различных классов и их политических организаций могут иметь заметное влияние на это, так что и психические факторы входят в комплекс детерминированной тенденции общественного развития.

Из такого специфического характера возникновения и действия общественных закономерностей вытекает, что на основе данных объективных материальных и отчасти идеологических условий общества каждый раз определяется спектр объективных возможностей изменений и развития, определённое «поле возможностей», содержащее в своих границах разные альтернативы и варианты действий. Но которая из этих возможностей или альтернатив реализуется каждый раз, то есть преобразуется в реальность — это зависит и от субъективных факторов, а именно от познания и оценки объективных условий и возможностей историческими субъектами, от их способности найти нужные средства и пути для их реализации, организовать достаточно большие общественные силы и руководить ими так, чтобы реализовалась одна из объективно возможных альтернатив.

Такие способности у отдельных индивидуумов сформированы в весьма разной степени, потому определённые черты характера вождей и играют немаловажную роль в истории. Люди в историческом процессе вовсе не являются ни на что не влияющими марионетками объективных условий и общественных закономерностей, они — авторы и актёры своей исторической драмы на сцене объективных общественных отношений, как метко заметил Маркс.

Поскольку на каждом историческом этапе развития общества существуют объективно предопределённые альтернативы, история в границах этого соответствующего предопределённого комплекса всегда открыта в том смысле, что не всё должно было происходить в точности так, как оно произошло. Некоторые вещи могли бы развиваться и по-другому, и потому совершенно оправдан теоретический анализ возможных альтернатив и других путей развития истории, хотя марксистский историк Эрик Хобсбаум считал, что это не имеет смысла для исторической науки. Конечно, он прав в том смысле, что случившуюся историю этим уже не изменить: как когда-то сказал выдающийся буржуазный историк Леопольд фон Ранке, история — это «historia res gestae» (то, что на самом деле произошло), но, несмотря на это, альтернативные взгляды остаются интересными для позднейшей оценки истории, а также поучительными для будущего.

При этом важен тот момент, что всяким важным политическим, социально-экономическим и другим решением и соответствующими общественными действиями люди делают выбор из спектра объективных возможностей и тем самым практически изменяют существующие объективные условия; но это в то же время означает, что этим исключаются определённые возможности. Как сказал ещё Спиноза, «omnis determinatio est negatio» (всякое определение есть отрицание), потому что эти таким образом изменённые условия теперь в свою очередь дают новый спектр возможностей для мысли и действия, который уже не содержит некоторых прошлых возможностей.

А возможности, упущенные из-за ошибочных решений, можно вернуть чаще всего лишь с большим трудом, или вовсе нельзя, и если новые условия из-за недостаточного анализа и осознания вновь приведут к ошибочным решениям, поскольку они в свою очередь создают новые образы мысли и поведения, то это может вылиться в длинный ряд отклонений в развитии общества, исправить которые становится тем труднее, чем больше накапливается «ипотека» ошибочных оценок и решений. В результате могут возникнуть не только серьёзные кризисы, но и с течением развития могут возникнуть и потрясения, и потеря жизнеспособности общественной системы.

По всем этим причинам общественный прогресс не может проявляться постоянно и линейно, и в историческом процессе возможны периоды застоя и регресса, путём контрреволюций и реставрации прежних общественных отношений.

Только с этих исходных позиций материалистического исторического понимания возможно найти верные ответы и объяснения многим вопросам, которые связаны с установлением, развитием, гибелью, а также с оценкой реального социализма, не попадая в крайности ни субъективистской, то есть идеалистической концепции истории, ни фаталистического детерминизма, то есть механистического материализма.

В то время как субъективистская версия взгляда на историю стремится свести причины развития реального социализма в конечном счёте к мнениям, действиям и чертам характера отдельных личностей (не важно, идёт ли речь о Сталине с его догматизмом или о Хрущёве с его ревизионизмом), фаталистическая версия объясняет всё историческое развитие со всеми его последствиями в основном объективными условиями отсталой России, которая якобы не позволяла социалистического развития. Поэтому (делается такой вывод) из всего этого могла возникнуть только диктаторская советская система, которая затем была ложно объявлена социалистическим обществом.

Но оба эти подхода не согласуются ни с марксистской общественной и исторической теорией, ни с марксистской диалектикой. Первый — потому, что он приписывает отдельным личностям и их мнениям историческую роль, намного превосходящую их реальные возможности, второй — потому, что он объясняет историю человеческого общества без учёта активной практической деятельности исторических субъектов, словно механический процесс в природе. Поэтому оба они неизменно приводят к неудовлетворительным результатам и оставляют пространство всевозможным спекулятивным объяснениям.

Чтобы понять возникновение, путь развития и причину гибели социализма, таким образом, необходимо исследовать как объективные, так и субъективные факторы этого всемирно-исторического процесса в их взаимодействии и в то же время в их постоянном изменении, но при этом обязательно необходимо учитывать переплетение внутри-национальных и внешних международных условий и факторов.

В новейшей истории уже не может существовать автаркическое, независимое от международных отношений развитие отдельных государств только из своих внутренних условий, поскольку интернационализация и глобализация современного производства и в связи с этим большинства областей общественной жизни привела к тому, что сегодня общественное развитие стало действительно всемирной историей.

Но объяснение этих исторических и теоретических проблем и тщательный анализ положительного и отрицательного опыта прошлого социализма создаёт также теоретические предпосылки для выработки реалистических социалистических программ для сегодняшних условий на основе научного социализма и отмежевания от вошедших нынче в моду якобы более современных теорий социализма.